Оценить:
 Рейтинг: 0

Расцвет и падение. Краткая история 10 великих империй

Год написания книги
2019
Теги
1 2 3 >>
На страницу:
1 из 3
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
Расцвет и падение. Краткая история 10 великих империй
Пол Стретерн

Путешественники во времени (Эксмо)
Известный британский историк и философ Пол Стретерн в своей книге «Расцвет и падение 10 мировых империй» рассказывает о зарождении и развитии 10 крупнейших империй мировой истории: от Междуречья Тигра и Евфрата до США, от Британских островов до средиземноморской колыбели нескольких могущественных государств.

С помощью этой книги читатель может совершить экскурс в пятитысячелетнюю историю человечества всего в десяти лаконичных, емких и остроумных рассказах. В этот «избранный круг» великих попала и Российская империя, которую автор вслед за Уинстоном Черчиллем называет полной загадок вплоть до сегодняшних дней. Почему? Читатели узнают в книге.

Каждая глава содержит неожиданные факты, которые позволят читателям лучше понять культуру описываемой страны и посмотреть на неё с новой точки зрения. Так, например, мало кто знает, что в 1290 году нашей эры китайский астроном Го Шоцзин вычислил земной год как 365,2425 дня, то есть в пределах 26 секунд от его нынешнего измерения.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Пол Стретерн

Расцвет и падение. Краткая история 10 великих империй

RISE AND FALL

PAUL STRATHERN

Copyright © Paul Strathern 2019

First published in Great Britain in 2019 by Hodder & Stoughton

An Hachette UK company The right of Paul Strathern to be identified as the

Author of the Work has been asserted by him in accordance with the Copyright, Designs and Patents Act 1988.

© Перевод В. Чаругина, 2020

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

Введение

Три истории об империях

Китай начала XV в. можно по праву назвать самой развитой цивилизацией на земле. О чудесах этой страны Европа узнала от Марко Поло еще раньше. В 1405 г. Чжу Ди, третий император династии Мин, приказал адмиралу Чжэн Хэ отправиться в путешествие по мировому океану.

Адмирал Чжэн Хэ служил у императора Чжу Ди с подросткового возраста – его захватили в плен и, согласно обычаям прежних времен, кастрировали. В результате Чжэн Хэ поднялся по службе, достиг мощи, как политической, так и физической. По свидетельствам очевидцев, он был два метра ростом и полтора в плечах. Флот, которым он командовал, впечатлял: триста больших океанских джонок с деревянными парусами, на борту которых находилось более 28 000 человек. Корабль с сокровищами адмирала в длину составлял сто сорок метров, и его точную копию можно увидеть сегодня в Нанкине. Ни один флот, который мог бы сравниться с флотом адмирала Чжэн Хэ, не выходил в море на протяжении четырех столетий, вплоть до Первой мировой войны.

Шесть морских путешествий совершил Чжэн Хэ в 1405–1424 г.г., добрался до Въетнама, Индонезии, Бирмы, Индии и Цейлона, Персидского залива и по Красному морю до Джидды, затем, проплыв вдоль берега Африканского Рога, достигнул Кении. Точные записи об этих шести путешествиях ряд ли удастся найти, но вполне вероятно, что в ходе своих путешествий Чжэн Хэ расстояние, равное двойной кругосветке. Из Сомали адмирал привез множество диковин, в том числе и жирафа, который произвел фурор, подтвердив существование мифического существа цилиня, якобы предсказавшего в VI в. до н. э. приход «царя без трона»: позже Конфуция приняли за царя, его идеи руководили Китаем на протяжении двух тысячелетий.

В 1430 г. Чжэн Хэ исполнилось шестьдесят лет и, выполняя приказ императора – «пройти весь путь до конца земли, он отправился в седьмое путешествие. Трехлетнее путешествие, о котором складывают легенды, стало последним для адмирала; он не вернулся домой. Согласно спорным утверждениям историка военно-морского дела Гевина Мензиса, Чжэн Хэ обогнул мыс Доброй Надежды и направился к западному побережью Африки, оттуда, переплыв Атлантику, достиг Америки и обогнул мыс Горн, пробравшись на север до Калифорнии. Один адмирал, отделившийся от главного корабля Чжэн Хэ, как говорят, достиг Гренландии и вернулся в Китай через Северную Сибирь (через проход, который, видимо, оставался открытым для плавания из-за последствий средневекового потепления). Другой адмирал, как говорят, доплыл до Австралии, Новой Зеландии и первых дрейфующих льдов Антарктиды.

По словам гарвардского историка Найла Фергюсона, утверждения Гевина Мензиса являются «в лучшем случае косвенными, а в худшем – несуществующими». Несмотря на это, аномалии в виде китайской ДНК в крови коренных венесуэльских племен, «ряда средневековых китайских якорей… найденных у берегов Калифорнии», а также некоторых немыслимо далеких от Китая берегов, которые появились на картах, составленных до получения информации от европейских исследователей XV века, волнуют. Подтверждение того, что удивительные заявления Мензиса о легендарной седьмой экспедиции Чжэн Хэ воспринимались всерьез в некоторых кругах, появилось, когда китайский президент Ху Цзиньтао обратился к австралийскому парламенту в 2003 г. и заявил, что «китайцы… открыли Австралию за три столетия до капитана Кука». По-видимому, открытие Австралии китайцами входит в китайскую версию мировой истории.

После смерти адмирала в Индии в 1433 г., к власти пришли новые конфуцианские министры, которые «враждебно относились к торговле… и ко всему иностранному». Императорские указы «Хайцзинь» (запрет морской торговли) запретили китайским кораблям ходить в чужие страны. Официальные отчеты о путешествиях Чжэн Хэ были уничтожены, и имперский флот замер в порту, где вскоре пришел в негодность. Указы были введены с целью борьбы с японскими пиратами, но, в конце концов, непреднамеренно изолировали Китай от внешнего мира. Прогрессивная, но угасающая цивилизация Мин начала костенеть, и «одна из величайших эпох упорядоченного правления и социальной стабильности в истории человечества» закончилась.

Вторая история об этосе и наследии империй приходится на три столетия спустя, как раз тогда европейские торговцы – португальцы, голландцы и англичане, нарушили китайскую изоляцию. К этому времени англичане уже начали обустраивать колониальное правление в Индии. Примером «обустройства» может послужить кризис в северной провинции Бихар из-за голода в 1770 г. Фактический правитель Британской Индии Уоррен Гастингс приказал построить то, что теперь называется житницей Патны. Капитан Джон Гарстин, инженер армии Ост-Индской компании, управлял постройкой здания «для предотвращения голода в провинции».

В результате получилось весьма оригинальное сооружение, которое местные жители назвали Голхар («круглый дом»). Почти 30 метров высотой и 150 метров в окружности он возвышался доминантой над окружающими индийскими жилищами, его вершина располагала видом на город Патна и Ганг, священную реку индусов. Местные заметили схожесть куполообразной структуры с буддийской ступой и куполом исламской мечети. Винтовая лестница с внешней стороны здания вела наверх, где в отверстие, индийцы, поднявшие мешки с зерном, высыпали его, заполняя внутреннюю полусферу и обеспечивая запас на возможный голод. Имперское присутствие чувствуется в Голхаре – в «самом известном полезном сооружении Раджа».

Капитан Гарстин приказал сделать надпись на архитектурном шедевре сбоку. Надпись гласила, что житница «впервые заполнена и публично закрыта…». Эта надпись так и не завершена. По словам викторианской поэтессы Эмили Иден, которая побывала там, Голхар «признали бесполезным». Когда я посетил Патну и мне показали это знаменитое сооружение, все еще находящееся в хорошем состоянии почти два столетия после его завершения, мне сообщили причину избытка зерна в нем. По словам моего гида, дверь в основании купола, через которую зерно можно было достать, как только Голхар заполнялся, на самом деле, открывалась только внутрь.

Некоторые современные источники оспаривают эту важную деталь, но оказавшись в Патне, я не смог найти кого-то, кто поставил бы под сомнение эту оплошность и последующие страдания, причиненные местным англичанами. Многие из тех, с кем я беседовал, были достаточно взрослыми, чтобы последний голод в Бихаре 1966–1967 г. стал для них чем-то большим, чем просто смутное воспоминание о прошлом.

Третья история об империи переносит нас в Новейшее время, когда, как мы увидим, многие возвещали об эпохе последних империй в истории человечества. Две великие мировые империи, казалось, стремились уничтожить весь мир.

В 1945 г. американский «проект Манхэттен» под руководством Роберта Оппенгеймера участвовал в гонке за создание первой в мире атомной бомбы. Многие ученые, работавшие под руководством Оппенгеймера в далеком Лос-Аламосе, в пустыне Нью-Мексико, бежали из Германии в результате нацистской политики против евреев, и их иронически называли «подарком Гитлера» западным союзникам. Еще до того, как Оппенгеймер провел первое испытание бомбы, некоторые из его ведущих ученых – прежде всего венгр еврейского происхождения Эдвард Теллер, – подняли вопрос о последствиях ядерного взрыва: возгорании атмосферы и испепелении жизни на земле. Оппенгеймер поручил руководителю отделения теоретической физики, немецкому еврею Хансу Бете, вычислить вероятность того, что это может произойти.

Хотя в секретном отчете, который он и Теллер в конце концов подготовили, утверждалось, что такое возгорание невозможно, они тем не менее чувствовали себя обязанными добавить:

«Однако, сложность довода и отсутствие удовлетворительных экспериментальных оснований делают дальнейшую работу по этому вопросу крайне желательной».

Тем не менее, взрыв первой ядерной бомбы произошел.

Тот же самый вопрос вновь возник в 1952 г. перед взрывом первой водородной бомбы, на этот раз под руководством самого Теллера. И вновь после тщательных расчетов пришли к выводу, что вероятность возгорания в атмосфере ничтожно мала. Провели испытания. Оказалось, что не все скрупулезные расчеты правильны: произошел взрыв в два с половиной раза мощнее, чем предсказывали математики.

В течение нескольких лет борьба между двумя великими империями, соперничавшими за мировое господство, США и СССР, дошла до абсурдного предела: обе накопили ядерные арсеналы, способные уничтожить мир несколько раз подряд. В 1962 г. соперничество достигло апогея в виде Карибского кризиса. По сути, его можно назвать конфронтацией с глазу на глаз между США и СССР, в которой СССР «моргнул первым» и чуть не спровоцировал Армагеддон. По словам историка-ядерщика Алекса Веллерштейна, писавшего десятилетия спустя, «никто тогда себе не мог представить реальной угрозы кризиса на Кубе, и даже сейчас большинство ее не осознает».

Перед нами всего один из «чуть не произошедших несчастных случаев», когда великая современная империя скорее уничтожила бы мир, чем признала свое поражение. Пожалуй, самый известный случай касается «человека, спасшего мир». 6 сентября 1983 г. подполковник Станислав Петров дежурил в подмосковном ядерном бункере с системой раннего предупреждения «Серпухов-15». Сразу после полуночи один из его компьютеров передал информацию с советского спутника, обнаружившего приближающуюся американскую межконтинентальную баллистическую ракету.

В соответствии с политикой сдерживания и взаимного гарантированного уничтожения (MAD), принятой в то время и США и СССР, Петров был обязан немедленно начать массированную мгновенную ядерную контратаку. Вместо этого он решил, что компьютер ошибся, и не выполнил свой долг, потому что предполагал, что, нанося первый удар по СССР, США, очевидно, выпустили бы больше ракет. Вскоре датчики засекли еще четыре приближавшиеся ракеты. Хотя у Петрова не было возможности проверить свою догадку, он снова решил, что компьютер ошибся, просто интересное совпадение. И снова воздержался от контратаки.

Согласно отчетам по инциденту,

«впоследствии было установлено, что ложные сигналы тревоги были вызваны засветкой датчиков спутника солнцем, находившемся на уровне орбиты; ошибка, которая позже была исправлена путем перекрестной привязки геостационарного спутника».

Каждая из этих трех историй показывает, из чего рождаются империи: страсть к приключениям, вовлеченная в них власть, а также упорные гонки и применение чистой силы. И как мы уже знаем, такие достижения часто включают в себя элементы их собственного саморазрушения – не говоря уже о том, как воображение потом трактует факты. Многообразие синхронизированной структуры, которая включается в создание и функционирование великой империи, безусловно, является самым сложным достижением человечества, ответственным за большую часть формирования эволюции в истории. И все же, по иронии судьбы, анналы империи часто больше толкуют об этосе, чем о реальных событиях. Наше впечатление об империи, информированное или патриотическое, остается неоднозначным и по сей день. Именно так отражено в последующих примерах, взятых из современной культуры.

«В исправительной колонии» Франц Кафка рассказывает о колониальном офицере, показывавшем посетителю хитроумную машину, разработанную его хозяином. Каждый, кого признавали виновным в преступлении, привязывался ремнями к машине, медленно и мучительно выцарапывавшей на его теле закон, который он нарушил, подвергая его при этом пыткам, после чего виновный зачастую умирал. Колониальному офицеру настолько нравилась эта машина, что он настоял на том, чтобы лично продемонстрировать ее гостю. Запрограммировав машину так, чтобы на ней были написаны слова «будь справедлив», он испытал ее на себе. К сожалению, машина пришла в негодность, так что вместо выполнения своей сложной операции она вышла из-под контроля и, покалечив офицера, убила его. Нетрудно найти несколько разных толкований этому загадочному образу империи, и лишь немногие из толкований оптимистичны.

Второй пример также парадоксален, но несколько менее мучителен. Пример из фильма Монти Пайтона «Житие Брайана». В одной из сцен лидер Народного Фронта Иудеи, которого играет Джон Клиз, проводит тайное собрание, где он произносит речь, призывавшую правоверную партию сбросить ярмо Римской Империи. В заключение он риторически вопрошает: «Что же сделали для нас римляне?» Один за другим члены партии выдвигают непрошеные предложения, пока в конце концов их лидер не вынужден раздраженно воскликнуть:

«Хорошо, хорошо! Но помимо улучшения санитарных условий, медицины, образования, ирригации, общественного здравоохранения, дорог, системы водоснабжения, бань и общественного порядка… Что римляне сделали для нас?»

Эти три рассказа об империи и последующие два образа можно рассматривать в качестве примера общностей империи и того, как мы пришли к ее пониманию. Все это подводит нас к нелегкому вопросу о том, на чем зиждятся империи? Каково определение этого слова – «империя»? Остается ли оно неизменным на протяжении всей истории мира? Каково, нкаонец, влияние империй на мировую историю? В Оксфордском словаре английского языка определение империи таково:

«Обширная территория (совокупность многих отдельных государств) под властью императора или верховного правителя; также совокупность отдельных территорий, управляемых суверенным государством»[1 - Oxford English Dictionary (Oxford, 1989, 2nd ed.), vol. 5.].

Такова общая рамка. На протяжении веков империи неизбежно принимали различные обличья, причем не все в них мы склонны сегодня считать элементами прогресса.

Ранее мы указали на то, что при характеристике империи нужно включать такие элементы, как стремление к приключениям, управление и сила – первоначально в форме войны. Действительно, война и последующее порабощение чужих народов, по-видимому, являются тем формирующим импульсом, из которого развивается империя. Аспекты цивилизации часто, но не всегда, следуют вторыми. По-видимому, не случайно, что цивилизация (в ее западной форме) развивалась по всему земному шару быстрее, чем когда-либо прежде, в течение столетия, которое было ознаменовано первыми двумя мировыми войнами, а затем и угрозой третьей.

С другой стороны, в последние десятилетия того столетия и вплоть до сегодняшнего дня, в мире не было крупных войн, а прогресс, особенно в форме IT-революции и всего, что с ней связано, преобразил мир, как никогда ранее. Держа в голове многогранные аспекты империи, теперь мы можем приступать к изучению истории мира на десяти ярких примерах.

Глава 1

Аккадская империя

1 2 3 >>
На страницу:
1 из 3

Другие аудиокниги автора Пол Стретерн