Оценить:
 Рейтинг: 4.5

Письма Чехова к женщинам

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 >>
На страницу:
6 из 10
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
Еще раз благодарю.

Преданный Вам А. Чехов.

Этим летом не будете ли играть где-нибудь на юге? Например, на Дону, в азовских и черноморских городах? На Кавказе? Я буду там к августу.

19 января 1899 г., Ялта

Я огорчен, Вера Федоровна: Вы задали мне неразрешимую задачу. Во-первых, я во всю жизнь мою никогда не писал рецензий, для меня это китайская грамота, во-вторых, я не пишу в «Новом времени»[38 - В. Ф. Комиссаржевская в письме от начала февраля 1899 г. просила Чехова написать для «Нового времени» рецензию на перевод С. П. Нани отрывков из книги Ницше «Так говорит Заратустра», СПб. 1899, который получил в печати отрицательную оценку («Вестник Европы», 1899, № 1).]. Я огорчен, что не могу исполнить Вашего желания, и боюсь, что Вы не поверите, до какой степени я огорчен. Ваше желание для меня свято и не уметь исполнить его – это уж совсем конфуз. Кстати сказать, в «Новом времени» я не работаю уже давно, с 1891 года. За книгу большое Вам спасибо, я прочел ее с удовольствием. Что написать о себе? Живу я в Ялте, скучаю; здесь надоело мне все, даже очень хорошая погода, хочется на север. Если будут деньги, то в начале весны поеду за границу, в Париж.

Моя «Чайка» идет в Москве уже в 8-й раз, театр всякий раз переполнен. Говорят, поставлена пьеса необыкновенно и роли знают отлично. М. И. Писарев, кончив пьесу, сказал, что в соседней комнате лопнула «бутылка» – и публика смеялась; московский исполнитель сказал, что лопнула склянка с эфиром – и смеха не было, все обошлось благополучно. Как бы ни было, писать пьесы мне уже не хочется. Петербургский театр излечил меня[39 - Имеется в виду провал «Чайки» на первом спектакле в Александрийском театре.].

Зачем Вы все болеете? Отчего не полечитесь серьезно? Ведь болезни, особенно женские, портят настроение, портят жизнь, мешают работать. Я ведь доктор, я знаю, что это за штуки.

Вы пишете, что имеете успех;[40 - Комиссаржевская, продолжавшая играть в Александрийском театре, писала Чехову: «Я играю без конца, играю вещи, очень мало говорящие уму и почти ничего душе, – последняя сжимается, сохнет, и если и был там какой-нибудь родничок, то он скоро иссякнет. Успех имею при этом огромный и силюсь тщетно понять, в чем дело».] мне это известно, я радуюсь, в то же время мне досадно, – досадно, что не приходится видеть Вас. Вы превосходная артистка, только жаль, что нет у Вас подходящего entourage’a, нет театра, нет товарищей. Вам бы хоть в Москву, в Малый театр. Тут все-таки больше на искусство похоже и между артистами немало хороших людей! В Москве Вы имели бы громадный успех, вообразить даже трудно.

Где Вы будете летом? Где будете играть? Если где-нибудь близко к Москве, то я приехал бы взглянуть на Вас. С апреля я дома, около Москвы.

Еще раз благодарю от всей души, желаю здоровья, счастья и всего, что только есть хорошего на этом свете.

Ваш А. Чехов.

Александра Александровна Хотяинцева

Хотяинцева Александра Александровна (1865–1942) – художница, хорошая знакомая семьи Чеховых. Воспоминания Хотяинцевой «Встречи с Чеховым» опубликованы в «Литературном наследстве», т. 63, М., 1960 г. Там же напечатаны ее карикатуры.

31 октября 1897 г., Ницца

Итак, Вы приехали, великая художница земли русской! Париж очень хороший город, и очень жаль, что благодаря туману и холоду Вы на первых порах получили впечатление большой, серой, немножко суровой массы. И жаль, что Вы поселились на такой неинтересной улице, как rue Jacob. Впрочем, все это пустяки; пройдет неделя-другая, Вы войдете во вкус – и Париж станет Вам нравиться.

Я живу все там же. Погода здесь очаровательная, тепло, солнечно, тихо; исключение составляет один только нынешний день: дует неприятный ветер. Здоровье мое ничего себе; прыгаю помаленьку, Вашими молитвами, и не жалуюсь. Третьего дня прекратилось кровохарканье, которое продолжалось 3 недели – шутка сказать! – кровь шла понемногу, но подолгу, самочувствие же было великолепное, так что я махнул рукой на кровь и вполне искренно писал домой, что я здоров вполне. (Не пишите Вы туда ничего о моем здоровье, кстати сказать.) Я гуляю, читаю, немножко пишу и много беседую с Немировичем-Данченко и с художником Якоби, который теперь здесь и в честь которого названа rue Jacob[41 - Шутка.]. М. М. Ковалевский уже уехал; он теперь в Париже читает лекции. Повидайтесь с ним, пожалуйста; это большой человек во всех смыслах и интересный, да [и] будет не бесполезен для Вас, так как Париж он знает превосходно. Его адрес: H?tel Foyot rue de Tournon. Поклонитесь ему, пожалуйста, и скажите ему, что без него мы скучаем.

Немирович-Данченко (Василий) проездом будет у Вас.

Маша пишет, что моя духовая печь[42 - Чехов называл так маленькую комнату – спальню в мелиховском флигеле.] приняла благообразный вид; и меня после ее письма потянуло домой, в духовую печь. Давно уже я там не был!

Когда начнете скучать в Париже, приезжайте в Ниццу погреться. Серьезно. Приехав в Ниццу, оставьте вещи на вокзале (там есть такое место для хранения вещей) и пешком идите на rue Gounod. Как раз против вокзала спуск по лестнице; спуститесь, идите прямо по улице, потом поверните направо, потом налево увидите узенькую уличку, по которой не проедешь на паре: это и есть rue Gounod. Ищите № 9, тут Pension Russe, где я и устрою Вас в лучшем виде, по 6 фр. в день (квартира, обед и завтрак). Спасибо за письмо!! Будьте здоровы, не скучайте.

Ваш А. Чехов.

2 февраля 1898 г., Ницца

В комнате по соседству поселилась дама 46 лет, которая не выходит к завтраку, так как до трех часов красится. Должно быть, художница.

У дорогой куклы бываю каждый вечер и пью у нее чай со сдобной булкой. Мурзаки проигралась. Баронессы благоденствуют[43 - Прозвища знакомых Чехова по русскому пансиону в Ницце.].

Вы спрашиваете меня, все ли я еще думаю, что Золя прав. А я Вас спрашиваю: неужели Вы обо мне такого дурного мнения, что могли усомниться хоть на минуту, что я не на стороне Золя? За один ноготь на его пальце я не отдам всех, кто судит его теперь в ассизах, всех этих генералов и благородных свидетелей. Я читаю стенографический отчет и не нахожу, чтобы Золя был не прав, и не вижу, какие тут еще нужны preuves[44 - Доказательства (франц.).].

«Le rire» получил. Merci!!

Здесь карнавал. Весело. Сегодня обедаю в Beaulieu у Ковалевского.

Как Ваше здоровье? Что новейшего?

Осел кричит, но не вовремя.

Погода восхитительная.

Будьте счастливы.

Ваш А. Чехов.

23 марта 1898 г., Ницца

Я не аккуратно отвечаю на письма; виноваты в этом мои приятели, которые совсем закружили меня. Я сбился с пути истины и стал усердным посетителем Монте-Карло и уже мыслить могу только числами. Меня пишет Браз. Мастерская. Сижу в кресле с зеленой бархатной спинкой. En face. Белый галстук. Говорят, что и я и галстук очень похожи, но выражение, как в прошлом году, такое, точно я нанюхался хрену. Мне кажется, что и этим портретом Браз останется недоволен в конце концов, хотя и похваливает себя. Кроме меня, он пишет также губернаторшу (это я сосватал) и Ковалевского. Губернаторша сидит эффектно, с лорнеткой, точно в губернаторской ложе; на плечи наброшен ее кошачий мех – и это мне кажется излишеством, несколько изысканным. Браз постарел и не похорошел. Такой вид, точно вернулся с далекого путешествия, во время которого много ел и по?долгу спал.

Домой поеду через Париж. Умоляю Вас, справьтесь у сведущих людей, где теперь Антокольский, и если нет его в Париже, то когда он вернется. Умоляю на коленях, ибо Антокольский мне очень нужен[45 - Чехов хотел поговорить с Антокольским о возможности отлить в Париже, под наблюдением скульптора, статую Петра I для Таганрога.].

Баронессы здравствуют. Мурзаки играет. Боборыкин был у меня и рассказывал про папу. Будьте здоровы и счастливы. Когда в Москву?

Ваш А. Чехов.

Сообщите адрес Антокольского.

Лидия Стахиевна Мизинова

Мизинова (в замужестве Шенберг) Лидия Стахиевна (1870–1937). Подруга сестры Чехова, Марии Павловны, «девушка необыкновенной красоты. Настоящая “Царевна-Лебедь” из русских сказок. Ее пепельные вьющиеся волосы, чудесные серые глаза под “соболиными” бровями, необычайная женственность и мягкость и неуловимое очарование… делали ее обаятельной» (Щепкина-Куперник Т. Л. О Чехове// Чехов в воспоминаниях современников. М., 1986. С. 227). С Чеховым познакомилась осенью 1889 года в Москве (она преподавала тогда в той же гимназии Л. Ф. Ржевской, где работала М. П. Чехова); отношения близкой дружбы и переписка между ними продолжались до середины 1890-х годов. Текст писем был использован современным литератором Л. А. Малюгиным в пьесе «Насмешливое мое счастье» и затем в кинофильме «Сюжет для небольшого рассказа», поставленном по этой пьесе. Чехову и Мизиновой посвящена статья Л. П. Гроссмана «Роман Нины Заречной» (Прометей. Т. 2. 1967).

Л. С. Мизинова – А. П. Чехову

9 января 1891 г., Москва

Вчера никак не могла достать Вам программу[46 - Программа училищ нужна была Чехову для отправки, вместе с другими книгами, на Сахалин.], Антон Павлович, а сегодня хотя и достала, но отправить до 4-х часов не могла. Сегодня в Думе написала Вам длинное письмо, и хорошо, что не могла отправить, сейчас прочла его и ужаснулась – сплошной плач. Пишу Вам вот почему (конечно, это только предлог!); программа, которую я Вам посылаю, годится только для начальных школ, т. е. для трехклассных; для четырехклассных училищ, которых всего четыре, только теперь вырабатывается проект программы, и если выйдет удачно, то будет напечатан, поэтому я Вам достала все, что только в настоящее время есть. Как-то Вы добрались? Вероятно, уже успели 5 раз пообедать, поужинать и вообще отлично проводите время. Хандру свою, или попросту кислоту, Вы оставили в Москве и теперь чувствуете себя совсем «числивым», и как я Вам завидую; если бы я могла уехать хоть на Алеутские острова, то я тоже была бы щислива. Холод смертный; я простудилась страшно; 3 ночи не сплю сама и не даю спать другим из-за кашля, вчера опять кашляла с кровью (как раз на другой день Вашего отъезда). Бабушка сердится, что я выхожу и не берегусь, пророчит мне чахотку – я так и представляю себе, как вы смеетесь над этим. Вообще все очень скверно, но вместе с тем и хорошо. По приезде своем в Москву не забудьте съездить на Ваганьково, поклониться моему праху. Вчера была от 5 до 11 часов вечера у Ваших, все здоровы, Михаил Павлович вчера уехал, а мы с Машей сегодня смотрели «Новое дело»[47 - «Новое дело», комедия Вл. И. Немировича-Данченко в постановке Московского Малого театра.], и вот я пишу Вам, вернувшись из театра, потому что спать не хочется, а также и потому, что знаю, что досажу Вам этим, придется читать столь нелитературное произведение, а досадить Вам мне очень приятно. Пиеса ничего себе, но другой раз я ее смотреть не буду. Отчего это такое, Антон Павлович, что утром я могла написать такое мрачное письмо, а теперь мне кажется, что все это вздор, что я писала.

Ну, очень я Вам уже надоела, простите, но раз я уж соберусь писать и пишу, то не могу сразу бросить. Ответа от Вас я, конечно, не жду, потому что я ведь только – Думский писец, а вы – известный писатель Чехов, но все-таки будьте здоровы и не забывайте

Л. Мизинову.

А. П. Чехов – Л. С. Мизиновой

11 января 1891 г., Петербург

Думский писец!

Программу я получил и завтра же отправлю ее в каторгу, т. е. на Сахалин. Большое спасибо Вам и поклон в ножки.

Насчет того, что я успел пообедать и поужинать 5 раз, Вы ошибаетесь: я пообедал и поужинал 14 раз. Хандры же, вопреки Вашей наблюдательности, в Москве я не оставил, а увез ее с собою в Петербург.

Вам хочется на Алеутские острова? Там Вы будете щисливы? Что ж, поезжайте на Алеутские острова, я достану бесплатные билеты Вам и Вашему Барцалу, или Буцефалу[48 - Барцалом и Буцефалом Чехов называет Е. Н. Балласа, студента-медика, которого в 1888 г. считали женихом Мизиновой. Антон Иванович Барцал – оперный певец и режиссер. Буцефал – имя коня Александра Македонского.] – забыл его фамилию.

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 >>
На страницу:
6 из 10