Оценить:
 Рейтинг: 4.6

Любовь к человеку-ветру

Год написания книги
2009
<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 >>
На страницу:
6 из 9
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля

– И не вздумай реветь! – все таким же громовым голосом рыкнула Дина Сергеевна, напрочь утратившая жалость к дочери. Слово «любовь» действовало на нее, как красная тряпка на известных своей свирепостью быков. – А строить глазки я тебя призываю не кому попало, а соседу, который у меня на глазах вырос! Нормальный парень… Хотя, конечно, какой он парень… Тоже уж тридцатник разменял… К тому же – у него квартира большая…

Туся отняла от лица ладони и уставилась на Дину Сергеевну почти с ненавистью. Потом еще пару раз жеванула не вовремя откушенную сосиску, проглотить забыла и глухо спросила:

– Мать… так ты это что… из-за квартиры?

– Представь, что в наших обстоятельствах квартира – тоже лишней не будет! Тебе не надоело переодеваться в ванной и спать в одной комнате с семнадцатилетним братом?!

– Наплевать…

– Врешь! Вот ведь врешь мне из чувства противоречия! – Дина Сергеевна опять соскочила с табуретки, на которую только что уселась, и забегала вдоль кухни от окна к дверям и обратно. – Впрочем, даже если не врешь… Все равно… Мне… – Она сделала особое ударение на этом слове. – Мне надоело отсиживаться в кухне, когда ты смотришь дебильные передачи по этому… ящику, а Денис режется в свои стрелялки и мочилки! Достала меня наша общага! Можешь ты это понять?! Я покоя хочу! Мне скоро пятьдесят!

– То есть ты готова взашей вытолкать меня замуж, чтобы квартиру освободить, да?! – Туся наконец проглотила свою сосиску и посмотрела на мать с таким укором, будто та собиралась продать ее каким-нибудь заезжим янычарам.

– К сожалению, сосед, которого я тебе предлагаю, меня замуж не возьмет! – Дина Сергеевна наконец остановилась напротив дочери, уперев руки в бока. – А то я сама бы к нему в постель пролезла и женила бы на себе!

– Из-за квартиры?!

– Да!! Представь себе! Вот такая я гнусная… меркантильная… еще как-нибудь меня назови… Достало все! Понимаешь, до-ста-ло!!!

– Слушай, ма… – Туся вдруг рассмеялась сквозь слезы. – А ведь ты можешь!

– Что могу?!

– Ну это… пролезть в соседскую постель…

– А-а-а… – презрительно протянула Дина Сергеевна, возвела глаза к потолку, подумала немного и, отвернувшись от дочери, положила себе порцию картошки.

– Нет, я серьезно! – продолжила Туся, улыбаясь и забыв про все свои обиды. Ты ж у нас еще о-го-го!! Тебе только волосы покрасить поярче, и любой сосед у тебя в кармане!

– Совсем с ума сошла, да?

– Не-е-е… Я правду говорю! Да оставь ты эту картошку! – Туся схватила мать за руку и потащила из-за стола.

– Туська, отстань… – пыталась сопротивляться Дина Сергеевна, но дочь была непреклонна.

Она вытолкала мать в коридор к большому зеркалу, встала рядом, обняла за плечи и сказала:

– Ты лучше погляди на себя непредвзято! Мы с тобой роста одинакового! Бедра у тебя узкие, как у меня, ничто ниоткуда не выпирает! Лицо… А что? Нормальное лицо! Морщин почти нет! А если как следует подкрасить…

– Да ну тебя! – Дина Сергеевна вырвалась из объятий дочери и пошла на кухню, где тут же начала торопливо есть остывающую картошку.

Она понимала, что главное сейчас – это элементарно сосредоточиться на жевании, чтобы Туськины слова случайно в голову не запали. Все! Ее бабье время кончилось! Малолетний сосед ей и даром не нужен… И вообще… не только сосед, а хоть кто… Никто не нужен… Ни даром, ни за квартиру… Хотя за квартиру…

В этот момент очень удачно вернулся из школы младший сын Дины Сергеевны Денис.

– Поесть дайте! – прокричал он от самых входных дверей.

– Вот это без меня! – тут же проговорила Туся и исчезла со своей тарелкой в комнате, где врубила телевизор.

Дина Сергеевна мгновенно вскочила с места и начала суетиться вокруг сына в попытке поскорее выбросить из головы те мысли, которые дочь только что пыталась в ней поселить. Никаких мыслей! Никаких! «Нет!» всяческим мыслям, которые не касаются обеда Дениса и его успехов… то есть неуспехов в школе.

– Ну, как там химия? – преувеличенно заботливо спросила она, быстрыми нервными движениями нарезая соленый огурец. Вообще-то она оставила огурец для салата, который собиралась сделать завтра, но руки тоже должны быть заняты. У нее все должно быть занято.

– Какая еще химия? – удивился Денис, засунув голову в холодильник.

– Такая! Школьная! У тебя «два» было за прошлую контрольную!

Сын с ошалелым лицом вынырнул из холодильника, держа в руке кусок сыра. Чтобы сыр зря не пропадал, он откусил от целого ломтя приличный кусок и не без труда проговорил:

– Мать… Ты че? Это ж в прошлом месяце было… Я уж давно все, что надо, исправил…

– Знаю я, как ты исправил! Списал небось? – не растерялась Дина Сергеевна и взялась резать головку лука. С огурцом да с подсолнечным маслом будет самое то.

– А хоть бы и списал… Какая разница? Особенно сейчас. Че тебе вдруг взбрендило?

– Денис! Ты как с матерью разговариваешь?! – взвизгнула Дина Сергеевна и полоснула ножом по пальцу. Здорово! Отлично! Теперь можно заняться пальцем! Как красиво кровь хлещет! Любо-дорого смотреть! Можно представить, как радовался классический отец Сергий,[2 - Отец Сергий – герой одноименной повести Л.Н. Толстого, отрубивший себе палец в момент сильного искушения.] когда напрочь отрубил себе палец!

– Нормально разговариваю… Химию зачем-то приплела… Поругать, что ли, больше не за что? Да сунь ты палец-то под воду! Весь стол закапала… Туська-а-а-а!!! – заголосил он на весь дом. – Принеси маме пластырь! Порезалась она!

– Нет у нас никакого пластыря! – в ответ ему прокричала из комнаты Туся. – Сам же извел, когда на роликах шандарахнулся!

Денис вздохнул, посмотрел матери в глаза и с сожалением развел в стороны руками. Дина Сергеевна вырвала из его рук упаковку с сыром, бросила на стол подальше от него и понесла свой палец к крану. Денис опять полез за едой. Дина Сергеевна зловеще проговорила:

– Если не оставишь в покое холодильник, буду из принципа капать на стол!

– Ма, ну есть же хочется! Шесть уроков было и классный час!

– Сейчас все сделаю! Подожди! А что было на классном часе?

Денис усмехнулся и с удивлением спросил:

– И че тебя сегодня вдруг школа приперла? То химия, то классный час? Да что хорошего может быть на классном часе? Муть всякая! – Он скорчил уморительную рожу и, подражая голосу классной руководительницы, заныл: – Заполняйте, дети, дневники… Подавайте на подпись родителям… Убирайте класс… Не бегайте по коридорам, а то можете получить травму… Это, прикинь, она нам, одиннадцатиклассникам, советует не бегать! Курить за школой – это пожалуйста, а вот по коридорам – лучше ходить медленно!

Дина Сергеевна рассмеялась и наконец забыла о том, о чем только что безуспешно старалась забыть. Она наливала сыну щи, подогревала остывшую картошку, резала хлеб и без устали слушала, как Денис, ободренный ее смехом, рассказывает про свои школьные дела, острит и злословит. Потом вдруг принялась вспоминать собственное школьное прошлое, и сын, хохоча во все юношеское луженое горло, забывал есть. Их неуемное веселье заставило Тусю выключить телевизор, присоединиться к ним на кухне, и они принялись веселиться втроем.

Сквозь веселую размягченность в голове Дины Сергеевны мелькали мысли о том, что ей прекрасно живется с детьми. Они дружат и близки душами, а потому – плевать на скудный быт. На все можно наплевать, когда с детьми такая общность, которой могут похвастать далеко не все родители. И неизвестно, сложилось бы все именно так, будь она замужем. Вполне возможно, что мужа бесил бы беспечный, расхристанный Денис с тремя серьгами в одном ухе или раздражало занудство и правильность Туськи.

Накормив сына обедом, Дина Сергеевна с удовольствием вымыла посуду, разделала и замариновала курицу на ужин. Потом загрузила в машину белье и под ее монотонное жужжанье часа полтора читала детектив, приткнувшись с книжкой в уголке кухонного диванчика. Когда в тесной кухне было развешано белье, как раз промариновалась птица – пора было жарить.

Дина Сергеевна с ужасом поглядела на стираные тряпки. Черт!!! Сейчас все пропахнет курицей! Ну и ладно! Хорошо, что не рыбой! Надо уметь во всем видеть положительные стороны…

Готовясь поздним вечером ко сну, Дина Сергеевна распустила по плечам волосы и вгляделась в собственное отражение в небольшом мутноватом зеркале ванной. А что? Она и впрямь еще о-го-го! Сорок девять лет никто не даст! Ну… от силы сорок… сорок два или… три… А вот с волосами действительно надо что-то делать: посерели от седины. Даже не поймешь, что за цвет. Пепел какой-то… И брови… Выщипать, что ли? Или сначала спросить у Туськи, какие брови сейчас носят? Пожалуй, надо бы прикупить еще что-нибудь из одежды, а то все Туське да Туське… Все равно никто замуж не берет. Дураки мужики! Идиоты! Да она на их месте к Туське в очередь выстроилась бы…

Дина Сергеевна тихо рассмеялась, представив, как она, множась, создает дочери очередь. Потом, очередной раз испытав острый приступ жалости к Туське, прервала преступный смех, горько вздохнула и пошла спать.

Сны были жаркими и неправильными. Дина Сергеевна обнимала и целовала кого-то очень молодого и красивого. А красавец ответно обнимал ее и шептал в ухо постыдные слова, а она млела и подставляла для поцелуев самые потаенные уголки своего практически пятидесятилетнего тела. Красавца это ничуть не смущало. Более того, Дина Сергеевна ему страшно нравилась. Он без устали говорил ей об этом, и женщина, которая самым чудным образом понимала, что спит, просыпаться не хотела.

На следующий день, прямо с утра, отправив сына в школу, а дочь на работу, Дина Сергеевна пошла в парикмахерскую. Оставшиеся дни отпуска надо наконец использовать на полную катушку.
<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 >>
На страницу:
6 из 9