Оценить:
 Рейтинг: 4.6

Желтый свитер Пикассо

Год написания книги
2007
<< 1 ... 3 4 5 6 7
На страницу:
7 из 7
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля

– Отлично. Еще есть? – радостно спросил парень, кажется, совсем не обидевшись на его тон.

– Чего?! – вытаращил глаза Клепа.

– Картины еще у вас есть? – вежливо уточнил парень.

– Нету, все расхватали, – мрачно брякнул Клепа и нервно хихикнул.

– Жаль, мне ваш стиль очень понравился, – искренне расстроился парень. – Но мне нужно много. На заказ сможете нарисовать? – спросил он, и Клепа с ужасом понял, что мужик не шутит!

– Это самое… когда и сколько? – смущенно поинтересовался Коняшкин, и его голубая кровь забурлила и побежала по венам со скоростью Ниагарского водопада.

– Срок даю две недели, плачу по пятьсот за каждую, – заявил парень. – Чем больше нарисуете, тем лучше.

– Э, мужик, так не пойдет, накинь малость, – икнул Клепа: кажется, он понял, в чем подвох. Парень решил купить его картины по дешевке, по пятьсот рублей. Неслыханно! Клепа Коняшкин меньше чем за шестьсот рублей свои картины еще не продавал. Правда, с оптовыми покупателями он тоже никогда не сталкивался.

Парень задумался, а у Клепы затрепетали все фибры его души. Уж очень ему не хотелось упускать оптового покупателя, но, с другой стороны, Мецената страшно душила жаба – так задешево продать свои будущие творения.

– Хорошо, шестьсот долларов, но это последняя цена! Одно условие: картины должны быть выполнены в одном стиле, как эти. Позвоните мне, когда мой заказ будет готов, – после непродолжительной паузы сказал парень, и Клепа ушел… ушел в себя на целых десять минут, а когда вернулся, в руке его была зажата визитка покупателя и двести долларов аванса. Клепа трясущейся рукой сунул деньги и визитку в карман кителя, обернулся, задумчиво посмотрел на свою косую кошку и натюрморт, которые по-прежнему висели на том же самом месте, и решил, что он не просто аристократ, а аристократ с задатками гения!

Двести баксов огнем жгли Меценату грудь, даже дышать было тяжело. Он разменял доллары в ближайшем обменнике, купил себе три блока «Примы» и пирожок с капустой, перекусил, закурил, отложил несколько купюр во внутренний карман на минимальный продуктовый набор: яйца, сосиски, пельмени, хлеб, кефир, килограмм «Докторской» – и направился в художественный салон за новыми багетами, красками и холстами, дабы избавиться от пожара в душе и мучительного искушения нажраться в зюзю. Ведь Клепе предстояло две недели рисовать по-сухому, чтобы сохранить свой «неповторимый» стиль и не разочаровать заказчика.

* * *

Клим сел в свой джип и от души расхохотался. Поручение Ивана Аркадьевича нравилось ему все больше и больше. Все прошло просто отлично! Отправляясь на вернисаж, он и не надеялся, что сразу найдет то, что нужно, и был готов к долгим поискам. Осложнялось дело тем, что Клим Щедрин совершенно ничего не понимал в живописи, но эти две картины с первого взгляда впечатлили его аж до судорог в душе. А когда из-под фуражки показалась синяя лошадиная физиономия создателя полотен – Клим понял, что никуда не уйдет, пока не наладит с этим человеком контакт. Пожалуй, только с ценой он погорячился, увлекся игрой и серьезно выбился из сметы. «Ничего, переживут», – хихикнул Клим, вспомнив выражение лица художника, когда тот услышал астрономическую сумму гонорара. Главное, чтобы товарищ не ушел на радостях в глубокий запой. Зря все же он оставил ему аванс. Но другого выхода не было. Надо же хоть как-то подстегнуть творческий потенциал живописца Клементия Конюхова, кажется, так были подписаны его картины. С другой стороны, никуда он не денется, раз такие бабки на горизонте маячат. Осталось уладить несколько формальностей: найти галерею, где согласятся выставить эти «шедевры», оформить выставку, и можно смело встречать мадемуазель Ланж. Клим не сомневался, что после просмотра выставки кисок-уродов с красными бантами и бутылочно-винных натюрмортов вздорная богачка мгновенно изменит мнение о своем таинственном художнике и слиняет из Москвы со скоростью реактивной ракеты. Как Иван Аркадьевич додумался до такого?! Хотя ничего сверхъестественного: как только мадемуазель Ланж отправится в аэропорт, человек Варламова тут же с компьютера Мишель скинет тайному возлюбленному девушки новую информацию о прилете и сообщит от ее лица, что девушка прибудет в Москву другим рейсом. Останется только встретить мадемуазель Ланж в аэропорту и представиться ее другом по переписке, благо голубки не обменялись ни фото, ни реальными именами, ни мобильными телефонами. Смешно, честное слово! Романтики им захотелось! По словам Варламова, художник клятвенно заверил мадемуазель Ланж, что и без фото узнает ее из тысячи пассажиров. Вот придурок! Потом будет метаться по аэропорту в поисках своей возлюбленной, дергать каждую симпатичную девушку за руку и интересоваться – не его ли Минерва она случайно? Это же надо придумать себе такой ник – Минерва! Бр-р-р! Клима передернуло. Что надо иметь в голове, чтобы обозвать себя именем староиталийской богини разума? Хотя… нельзя не признать – столь яркое виртуальное имя интригует… Интересно, как он ее ласково в личной переписке называл? Минервочка? Минервуличка? Минервушка?.. – предположил Клим, и его вновь передернуло: почему-то ассоциации у него возникли совсем не с богиней, а со стервой, стервочкой, стервулечкой. У таинственного художника ник был… Пикассо! Скромный такой ник. Ну и самомнение у некоторых! Да бог с ними. В то время когда Пикассо будет искать свою стерву-Минерву в аэропорту, девушка уже вовсю будет готовиться к выставке шедевров Клементия Конюхова, которую организовал для нее Клим. Все! Ничего сложного. Но, как говорится, все гениальное просто. А Варламов самый настоящий гений – хоть и злой. Он сам, оказывается, тоже злой, пришел к выводу Клим, и хихикнул. Так обломать девочке праздник жизни и растоптать все ее мечты. Может, этот художник – ее судьба?! Впрочем, от судьбы не убежишь. Если уж на роду написано, то не сейчас, так потом они обязательно встретятся, успокаивал себя Клим. Совершенно неожиданно его стали терзать угрызения совести. Ладно, его дело – выполнить поручение, а на остальное плевать. Тем более что милая Елизавета Павловна де Туа, по словам Варламова, желает любимой племяннице только хорошего. Вот пусть сами потом и разбираются между собой, если вдруг все выплывет наружу. А оно выплывет, точнее, всплывет, потому что «оно» всегда всплывает, и никуда от этого не денешься, философски подумал Клим. Мишель вернется в Париж, решит продолжить переписку, и… И – этого никак нельзя допустить. На этом настаивал Варламов: дана четкая установка – вызвать у мадемуазель Ланж такие отрицательные эмоции, чтобы она и думать забыла о своем художнике.

Жаль, по сценарию роль интернет-возлюбленного Мишель нельзя доверить самому Клементию Конюхову. Вот был бы номер! Пожалуй, если бы этот кучерявый пропитой очаровашка в кирзовых сапогах встретил мадемуазель Ланж в аэропорту, то и выставку работ уже устраивать не нужно было бы. Но раз режиссер доверил эту важную миссию Климу, то ее нужно выполнять. Все-таки какая он сволочь – Иван Аркадьевич! Манипулянт поганый! Изверг! Прошлым летом заставил Клима влюбить в себя Алевтину. Спасибо ему, конечно, за это большое, но нервные клетки и до сих пор восстанавливаются. Сейчас на эту чокнутую наследницу миллионов нужно произвести неизгладимое впечатление, правда, диаметрально противоположное. И опять – подавай Варламову экспромт. Хоть бы намекнул, гад, как действовать. Как вызвать в девице антипатию к собственной персоне, если он, Клим Щедрин, такой привлекательный во всех отношениях мужчина?

«Горб, может, приделать? А что, буду как Квазимодо», – заржал было Клим, но тут же с сожалением отверг эту идею. Нельзя было исключать, что отмороженная богатая дамочка тут же решит, что она – Эсмеральда, проникнется чувствами, и ей захочется плотно пообщаться с художником-горбуном. Потом не отвяжешься. Как она хоть сама выглядит? Варламов обещал прислать фото, но почему-то так и не сделал этого. «Нужно ему напомнить», – решил Клим и посмотрел на часы. Пора было ехать на вокзал, встречать Алечку. Невеста с двумя баулами подарков поехала на пару дней навестить тетку в Приреченск. Звала и его с собой, но Клим отказался, сославшись на неотложные дела. Но на самом деле причина была иной – ехать в Приреченск и вспоминать прошлые грешки он не желал. Размышлять о своем перевоплощении тоже больше не хотелось. Решив продумать тактику и стратегию своего поведения позже, Клим завел мотор и направил машину в сторону вокзала. За три дня он дико соскучился по Алевтине, и никакие Мишели его уже не интересовали.

Глава 5

Лягушачьи разборки

Меценат с трудом разлепил глаза. Он лежал на бабушкином раритетном диване в бархатном халате с шелковыми лацканами, рядом, на стене, в нарядных новых багетах висели две его гениальные работы – кошка и натюрморт. Клепа блаженно улыбнулся и потянулся к картинам. Стена вдруг стала наваливаться на него… наваливаться на него… наваливаться на него… Клепа дико закричал и выставил перед собой руки. От крика лампочка на потолке взорвалась и разлетелась в разные стороны яркими брызгами, заляпав синими, зелеными и красными кляксами обои, потолок и Клепин бархатный халат. Меценат заплакал от обиды и трясущейся рукой стал нервно отряхивать одежду. Кляксы ожили, превратились в маленьких разноцветных лягушат, гурьбой спрыгнули с Клепы и, громко квакая, заскакали по грязному полу в разные стороны.

– Э, вы че ваще? – удивленно спросил Меценат, вытирая мутные слезы кулаком. – Во дела! Кажись, до белки допился…

Подобная неприятность с Клепой Коняшкиным еще не случалась ни разу, и что с этим всем делать, он не знал.

Меценат осторожно спустил с дивана худые волосатые ноги, сунул их в пыльные тапки, на цыпочках прокрался к чайнику, присосался к носику, выхлебал ровно половину, а остальную водичку щедро вылил себе на вихрастую голову. Кваканье смолкло. Клепа опасливо огляделся: на полу валялись пустые бутылки, объедки, окурки – лягушата исчезли. Меценат с облегчением вздохнул, плюхнулся на табуретку, но тут же вскочил, встал на четвереньки и заглянул под стол и диван – лягушат и там не оказалось. Под диваном лежали сложенные новые холсты, багеты и нераспечатанная упаковка красок. Клепа зажмурился и несколько раз стукнулся лбом об пол – лучше бы под диваном оказались лягушки! Как же так случилось, что он задвинул выгодный заказ? Стоя в позе тигра, он напряженно задумался, пытаясь усилием воли разогнать «туманность Андромеды» в мозгах и припомнить – что же с ним приключилось? Последнее, что он отчетливо помнил – как вышел из художественного салона довольный, потому что в салоне попал на распродажу материалов и прилично сэкономил. На вырученные деньги он отправился в магазинчик секонд-хенда, где прикупил почти новый бархатный халат. Шикарный! А дальше, кажется, был продуктовый магазин, где он… где он купил три десятка яиц, четыре батона хлеба, кефир и… бутылку шампанского. Или две?.. А к шампанскому он приобрел еще и водку, чтобы сделать фирменный коктейль… Точно! Клепа завыл и снова треснулся лбом о поцарапанный паркет. Вот тебе и напиток аристократов! Выходит, и шампанское ему уже пить нельзя?!


Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
<< 1 ... 3 4 5 6 7
На страницу:
7 из 7