Оценить:
 Рейтинг: 0

Сибирский спрут

<< 1 ... 11 12 13 14 15 16 >>
На страницу:
15 из 16
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
Андрей посмотрел на скрюченное тело Костыля и поскорее отвел глаза. Вместо нижней части лица у Костыля было сплошное кровавое обугленное месиво.

— Ничего, все нормально, — бормотал Кирилл, дико ухмыляясь. — Он у меня нажрался… Я ему дал расплавленного олова хлебнуть. — Кирилл захихикал, и от этого смеха даже у Расторгуева-старшего мурашки по спине побежали. — Ему же железо нравится? Ну вот. Навек нажрался.

Василий подошел к брату, сгреб его в охапку:

— Пойдем отсюда. Пойдем, я тебя наверх отведу.

— Это еще не все! — заартачился Кирилл. — Он мне всех говнюков-подельников назвал. Я еще с ними разберусь. Они мою Лену второй раз убили, гады!

По лицу младшего Расторгуева покатились слезы.

— Мы их найдем. Обязательно найдем, — пообещал Василий, обнимая брата. — А сейчас идем со мной. Идем.

Кирилл послушно отшвырнул половник, обхватил брата за шею и дал себя увести.

— Андрей, убери тут, — проходя мимо водителя, распорядился Василий.

Хорошенькое дело — убери…

Андрей заставлял себя не смотреть в лицо еще живого Костыля. Особенно страшен был агонизирующий взгляд. Чтобы не видеть этих глаз, Андрей накинул на голову жертвы тот же черный мешок, в котором полчаса назад еще совсем живой Костя-Костыль прибыл в дом Расторгуевых.

Вместе с телохранителем Василия тело Костыля завернули в войлочное ковровое покрытие, вынесли во двор и погрузили в багажник машины.

Андрей сел за руль и поехал куда глаза глядят. Отъехав подальше от поселка, он свернул в лес и бросил Костыля под мостом у железнодорожного переезда.

Возвращаться к Расторгуевым ему расхотелось. Как он ни старался отогнать от себя кошмарный образ, но перед его глазами так и застыло лицо Костыля — кроваво-черное месиво на месте сожженного рта, сквозь ошметки обугленных тканей видна кость и оскал зубов… И два живых, сверлящих безумным взглядом глаза…

Обозреватель независимой телекомпании АТН Эдуард Худяков работал дома, когда к нему подошел его сын, семнадцатилетний студент журфака, и со словами: «Па! У меня сенсационный материал про грабителей могил!» — выложил на стол пачку цветных фотографий.

Худяков нахмурился.

— Откуда это у тебя? — спросил он, профессиональным жестом тасуя на столе снимки и откладывая в сторону самые удачные.

— Сам снял, — похвастался сын.

— Да? Хороший кадр, — похвалил Худяков, постучав пальцем по глянцевому листу одной фотографии. — Где снял?

— На Николаевском кладбище.

— Угу, — ответил отец, перебирая снимки. — А как ты с ними договорился?

— Тайна фирмы, — самодовольно ответил сын. — Пообещал их лица закрыть черными квадратиками.

— Знакомые твои, что ли? — с полунамека понял отец.

— Да, в одной школе учились.

— Хорошими делами нынче школьники занимаются! Раньше металлолом собирали, теперь кладбища обворовывают… Репортаж хочешь сделать?

— Вообще-то я надеялся… А можно на твоем канале в вечерних новостях? Или в криминальной хронике?

Худяков-отец минуту думал.

— Черновик репортажа покажи.

Сын протянул ему два тетрадных листка с текстом.

Пока Худяков читал, сынулька от нечего делать разглядывал лежащие на столе газеты, печатные материалы, вырезки статей… Неожиданно его взгляд уткнулся в сообщение криминальной сводки во вчерашней газете. Младший Худяков схватил газету со стола, перечитал сообщение еще раз. Лицо его побледнело и вытянулось.

— Ой…

— Сколько раз тебе повторять, что «несмотря» пишется в одно слово? — черкая ручкой в тексте, раздраженно заметил отец. — Учебник русского языка за седьмой класс почитай.

— Пап, Костю убили…

— Какого Костю?

— Этого самого… с которым я на кладбище был.

Худяков отложил листки.

— Чего-чего, повтори?

— Я только что в газете… Вот. — Сын трясущимися руками протянул газетный лист с траурно отчеркнутой колонкой криминальной хроники. Зачитал вслух: — «Требуется ваша помощь! У железнодорожного переезда возле поселка Лесное найден труп Константина Коростылева, восемьдесят второго года рождения… Следственные органы просят всех граждан, знающих что-либо об обстоятельствах гибели К. Коростылева или видевших его в субботу двадцать первого числа сего месяца, накануне смерти…» Двадцать первого! Это же… Мы же той ночью… Ночью с двадцатого на двадцать первое… Мне теперь что, в милицию нужно идти? Как свидетелю?…

— Помолчи, не бубни!

Худяков-отец выхватил у сына газету, внимательно перечитал объявление в криминальной хронике, затем схватил фотографии, сделанные сыном накануне на кладбище. Пересмотрел их внимательнее и…

— Дубина! — рявкнул он. — Вы хоть сами знаете, во что вляпались? Чью вы могилу ограбили, придурки?

Он ткнул листом фотографии в физиономию наследника:

— На, на, полюбуйся!

— Тетки какой-то могила, — замямлил обиженно сын. — Откуда я знал?

— До инфаркта меня доведешь, — пообещал отец. — Ты знаешь, кто такие братья Расторгуевы, ослиная твоя башка?

Не услышав ответа, Худяков развел руками:

— Вот так! Работаешь, работаешь, шкурой своей рискуешь, а в результате даже собственный сын, дуб стоеросовый, твои передачи не смотрит!

— Бандиты они, я знаю, — перебил Худякова сын. — Ну и что?

— А то, что эта тетка, как ты говоришь, была женой Расторгуева и он за нее не то что твоего Костю на тот свет отправит, а половину всего города в придачу!

Сын печально поник головой.

<< 1 ... 11 12 13 14 15 16 >>
На страницу:
15 из 16