Оценить:
 Рейтинг: 4.5

Поющие камни

Год написания книги
2017
Теги
<< 1 ... 4 5 6 7 8 9 10 11 12 ... 15 >>
На страницу:
8 из 15
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
– Барселона? – резко обернулся пленник.

Рольф закивал:

– Баршала, Баршала, да. Да помогут нам девы Одина, друг!

Да помогут…

Барселона, значит? Но если Таррагону Иванов еще хоть как-то опознал, то этот вот небольшой городишко, скрывавшийся среди крепостных стен, уж никоим боком не напоминал изысканно модерновую каталонскую столицу! Где памятник Колумбу, набережная? Где пляжи Барселонетты, где канатная дорога, бульвар Рамбла? Саграда Фамилия, знаменитое творении Гауди – где?

Ничего этого не было. Одни стены. Люди на стенах. И штурмующий узкую гавань флот. Мавританский.

Корабль постепенно выпрямился и причалил. Воины поспешно выбрались, переваливаясь через борта, донеслись крики и звон оружия. Но как там происходил бой, гребцам видно не было. Лишь слева по берегу вдруг потянулись черные дымы, видать, нападающие подожгли предместья.

Над самым бортом вновь пронеслись камни, и где-то совсем рядом вздыбился к небу столб пламени – вероятно, осажденные совершили вылазку и подожгли соседний корабль. На палубе дромона уже давно не было ни воинов, ни самого Али-Акбара, лишь слышен был шум неистовой схватки. Крики, звон мечей, лошадиное ржание.

Пропели над головами гребцов огненосные стрелы. Впились в палубу и борта, задымили…

– Так они и нас сожгут! – кусал губы Геннадий. – Эй, Рольф, похоже, самое время убраться отсюда.

Викинг поначалу не понял:

– Как это – убраться?

– Ну, уйти поскорей, уплыть. Сначала – подальше в море, а там видно будет.

– Ух! – вмиг оценив идею, белобрысый здоровяк вскочил на ноги и что-то громко закричал. Метнувшегося к нему надсмотрщика он задушил тут же – цепями, да так быстро и ловко, что Гена и моргнуть не успел. Вот уж поистине – прирожденный убийца.

Кое-кого из гребцов оставшейся на корабле команды все же удалось убить… Правда, запала хватило не надолго – озлобленным невольникам было абсолютно нечего терять, тем более – впереди вдруг забрезжила свобода!

Теперь уже командовал Рольф, правда, отнюдь не все слушались его беспрекословно. Кто-то из гребцов саботировал, бросив весло и уткнувшись лицом в колени. И все же за викингом пошло большинство, и этого оказалось достаточно, чтобы дромон, сдав малым ходом назад, вслепую совершил разворот и направился в открытое море, навстречу судьбе… или смерти.

Никто из укрывшейся на разбитой корме команды больше не осмеливался нападать на гребцов – чревато! Наоборот, все морячки, почуяв, что запахло жареным, проворно попрыгали в море. Дромон же, набирая ход, шел навстречу восходящему солнцу, сильно припадая на корму, в которой, похоже, все же имелась изрядная пробоина. Впрочем, дерево легче воды, и чтобы утопить деревянный корабль – это надобно было очень хорошо постараться.

Пока все только гребли, слушая Рольфа, – ориентируясь по солнышку, белобрысый скандинав задавал темп криком.

Так пропыли часа три, пока корабль совсем не отяжелел от воды. Тогда Рольф что-то крикнул и принялся возиться с цепью. Сей вполне уместный почин тотчас же подхватили и другие, в том числе и Геннадий. Надо сказать, корабельный кузнец, ни дна ему ни покрышки, знал свое дело туго – приковал на совесть, словно кузнечным прессом цепи вбил. Однако нет такой цепи, в которой не оказалось бы слабого звена. Где-то что-то проржавело, где-то расширилось. Осталось лишь вдумчиво поискать слабину. Первым освободился невысокого роста крепыш с черными, как смоль, кудрями и белой кожей. Всю спину его покрывали кровоточащие шрамы от плети… как и у многих здесь, как и у многих. Освободившись, крепыш тотчас же бросился помогать соседям. Не прошло и часа, как цепи порвали все, и громкими воплями поблагодарили за свое спасение богов. Тех, в которых верили.

Следом за Рольфом Геннадий поднялся на корму. Глянул, опираясь на сломанный фальшборт. Вокруг, насколько хватало глаз, плескалось синее море с белыми барашками волн.

– Ко дну мы сейчас, конечно же, не пойдем, – подойдя ближе, сухо заметил кудрявый. – Но и долго идти не сможем, я уже не говорю о скорости.

– Ты знаешь русский?! – услышав родную, пусть и слегка корявую речь, Иванов изумился до глубины души.

– Меня зовут Бен Лазар, – улыбнулся бывший невольник. – Я – торговец из Картахены. Часто бывал в Константинополе, знаю тамошних русов.

– Что такое? – вмиг повернулся Рольф.

Бен Лазар повел плечом:

– Надо возвращаться к берегу, норманн. И лучше – на север, во владения графа Гумфрида.

– В лапы к маврам? – мужественное лицо викинга скривила презрительная ухмылка. – Нет! Лучше смерть.

– А кто говорит про мавров? – торговец покачал головой. – И о графе никто не говорит. На северном побережье есть множество укромных местечек, где мы сможем оставить тонущий корабль.

– Он говорит дело, – поддержал Геннадий. – Отдаться на волю волн без оружия и припасов, с полными трюмами воды… Это было бы слишком уж опрометчиво, друг мой Рольф!

Выслушав обоих, викинг махнул рукой, соглашаясь, и Бен Лазар быстро донес идею до всех. Против никто не выступил, даже те немногие, кто изначально был против побега и первое время даже не брал в руки весло. Так и правда, одно дело – болтаться неизвестно где, и совсем другое – иметь вполне конкретную цель. Укрыться на побережье да спокойненько разойтись. Кому-то, может, и повезет добраться до родных мест, остальным же… И все же участь вольного бродяги куда лучше горькой судьбы раба!

Набравший полные трюмы воды дромон шел к берегу, как корыто: тяжело, вязко, словно автомобиль со старыми, с нагаром, свечками. Гребцы, однако же, делали свою работу упорно и стойко, никто не отлынивал, еще бы! Работали-то теперь на себя, а не на чужого дядю – мавританского разбойника по имени Али-Акбар.

По очереди сменяя друг друга, выставляли впередсмотрящего, и пару раз уже вынуждены были сменить галс, спасаясь от показавшихся на горизонте парусов. Первым землю заметил молодой парень Херульф из Толедо – древней столицы вестготов. На вид лет пятнадцати, тощий, с торчащими ребрами, как он только выжил в гребцах? Так ведь и не выжил бы, умер бы рано или поздно, не выдержав непосильного труда и побоев.

– Земля, земля! – указывая рукою вперед, громко заорал Херульф. – Вон там скалы, видите?

Подумав, Рольф повел тонущий дромон прямо на скалы, предполагая посадить его на мель где-нибудь в удобном месте. Так и вышло – вскоре под килем противно заскрипел песок, судно вздрогнуло, уперлось носом в берег и медленно завалилось на левый борт.

– Ну, вот и все, – спрыгнув в воду, потер ладони Бен Лазар. – Теперь молите богов. Кто каких знает.

Слева по берегу маячила какая-то рыбацкая деревушка. Полузатопленное судно, вне всяких сомнений, давно уже заметили, и наверняка выслали соглядатаев – посмотреть, чем там можно поживиться. У всех жителей побережий мораль общая, кем бы они там себя ни считали – христианами, мусульманами, язычниками.

Граф Гумфрид был христианским правителем, но среди гребцов дромона имелось множество язычников, северных дикарей норманнов, с которыми Рольф Кривая Секира быстро нашел общий язык. Попадать в руки барселонского графа им вовсе не улыбалось, ибо достигавшие здешних берегов викинги грабили отнюдь не только одних мусульман. Доставалось и христианам, не испытывавших к северным людям никаких нежных чувств.

Как и следовало ожидать, мнения освободившихся рабов разделись. Большинство собиралось вернуться домой, ну а те, чей дом было далеко, находились в глубоких раздумьях. Что делать? Поступить ли на службу к христианину Гумфриду или пойти послужить во флот властелина мавританской Испании Мухаммеда? Или просто-напросто объявить себя «гази» – искателями удачи на свой страх и риск? В общем-то таковыми беглецы сейчас и являлись.

Беспокойные волны бились о борт корабля, увы, уже непригодного для плаванья без доброго ремонта, который в этих местах вряд ли кто мог ему дать.

– Кто хочет уйти – пусть уходит, – усевшись на плоский камень, негромко заявил Иванов. – Держать силой не будем никого.

Бен Лазар согласно тряхнул кудрями, добавив, что и тем, кто останется, хорошо бы убраться отсюда как можно быстрее.

Мотнул головою и Рольф:

– Пусть те, кто уходит – уйдут. А мы уж потом разберемся.

Ушла почти половина ватаги. Те, кто остались в живых. Кто-то угодил в рабство случайно и собирался выкупиться, кто-то надеялся на помощь родных стен, а кое-кто – имелись и такие – всерьез собирались принять ислам, а значит – получить свободу.

Как пояснил Бен Лазар, мавры вовсе не стремились к обращению покоренных народов в свою веру, предоставляя покоренным народам право: либо принять ислам, либо платить подушную подать (сверх поземельного налога). Завоеватели, предпочитая земные выгоды интересам религиозным, считали, что не стоит силой приобщать к исламу покоренные народы, тем самым лишаясь добавочных податей. За теми, кто подчинился, мавры признали право собственности на все их имущество с обязательством платить поземельный налог с пахотных земель и с земель, засаженных плодовыми деревьями. То же самое касалось и монастырей, куда «со своим уставом» не лезли. С невольниками мавры обращались довольно-таки мягко, а кто из рабов переходил в ислам – тот становился свободным.

Вереница бывших рабов потянулась к холмам… причем несколько человек, посовещавшись, зашагали к деревне.

– Дураки, – глянув им вслед, с ухмылкой бросил Рольф Кривая Секира. – Деревенские схватят их и снова продадут в рабство.

– Может, и не продадут, – Бен Лазар пригладил непокорную шевелюру и сожалением посмотрел на дромон, напоминавший выброшенного на берег кита – издыхающего исполина. – Они христиане и, вполне возможно, помогут своим единоверцам, не требуя ничего взамен. А, может – и захотят нажиться. Как кости лягут.

– Чьи кости? – непонимающе моргнул Иванов.

Торговец улыбнулся:

<< 1 ... 4 5 6 7 8 9 10 11 12 ... 15 >>
На страницу:
8 из 15